Анна Политковская. Вторая чеченская

Выходим на порог, прощаемся – и опять как в последний раз. Это главная современная грозненская традиция: никто не надеется дожить до утра. И поэтому не экономит на душевном тепле: завтра может и не наступить. Если не для тебя, то для него…

0.00

Другие цитаты по теме

Можно долго перебирать пепел на голове и философски ронять, что, мол, во всем виновато отсутствие средств, и были бы деньги – мы были бы чуткими и добрыми, и относились бы к каждому человеку, как к единственной ценности, и не было бы у нас бесследно сгинувших… Увы, это снова «валерьянка» и ложь. Дело в том, что мы думаем плохо. В массе своей, мы совсем не страдаем от того, что творится в стране, что у нас на потоке бессудные казни, и уже тысячи жертв «нового 37-го». Мы успокаиваем себя тем, что это пока только чеченский 37-й год, и до нас не доберутся…

– Я, видишь, бабушка уже, – это еще одна бабушка говорит, совсем не дряхлая, с крепким голосом, с осанкой, боевая. Но все равно ведь бабушка. – А они мне: «Сука! ***ь!»

– И нам так же, – скорбно кивают другие бабушки. С палочками, на кривых, вдрызг разбитых подагрой ногах вечных тружениц.

– Я – «сука»? – плачет та, что все время молчала. – Я сорок лет дояркой отработала, надоев рекордных добивалась. А мне солдат кричал: «Мы вас доведем до того, что вы сами в Сибирь будете проситься». Но я там уже была, в Сибири было лучше…

– А я – им: «Как же вам не стыдно, ребята!» – продолжает самая первая старушка. – «А если бы твою бабушку сукой обозвали? Что бы ты делал?» А солдат мне в ответ: «Мою бы не обозвали, потому что она – русская».

Для такого государства, как Россия, которое еще не отказалось от имперских традиций и еще не сформировалось как правовое государство, – России, такой, какая она есть, необходим враг. Для внешнего врага сил не хватает, а внутреннего всегда можно назначить.

— За свою долгую карьеру журналиста вы нашли, что люди в основном добры?

— Нет. Нет, это ведь люди.

... Страна времен Путина – это годы молчания о главном.

Напрасно и легкомысленно: история доказывала это неоднократно. В стране царит идеология ненависти к ближнему. Вот в чем наша настоящая беда.

Дороги говно, яма на яме, сплошные аварии. Народ спивается, режет друг друга, потому что в городе нормальной работы нет и зарплата 3 копейки. Молодежь скурвилась, скололась по подвалам. В школах бардак, учителям и врачам жрать нечего. Старикам и инвалидам лучше вообще не жить.

Юность была из чёрно-белых полос,

Я, вот только белых не вспомнил.

Сегодня я приду чуть позже,

Не раздеваясь, прямиком,

В одном пальто свалюсь на ложе,

Спугну кота и заблюю весь пол.

Твои слова сегодня даже строже,

Как будто снова восемнадцать,

Как будто некуда деваться

Нам друг от друга до сих пор.

Ты спросишь, как там на чужбине,

Кого встречал и скольких целовал,

Я промолчу, увидев пятый сон о миме,

Что так болел и даже не вставал.

Ты спросишь, сколько стоит Питер,

И сколько грамм в стаканах, что поднял,

Ты спросишь, много ли отснял Юпитер,

Я упаду во сне, считая, что пропал.

Ты спросишь разрешения вернуть назад

То время, что уже прошло,

Пожав плечами, брошу взгляд я на пол,

Ты спросишь у меня, как запад,

И я скажу, что к черту всё пошло.

Эти стихи, наверное, последние,

Человек имеет право перед смертью высказаться,

Поэтому мне ничего больше не совестно.