Париж, когда там жара (Paris - When It Sizzles) (1964)

Другие цитаты по теме

Запомни: нами управляет не кровь. А только собственное сердце.

— А подбородок у него прабабушкин.

— Да, а ушки мои. Особенно правое.

— Уши отцовские.

— А нос? Нос копия мой.

— Пожалей ребёнка.

После родственников самое неприятное — это однофамильцы.

Иногда встречаешь человека — неважно, какого пола и возраста, — и сразу чувствуешь в нем часть Великого Целого, которое живет и внутри тебя. У вас даже соринки в глазах одинаковые. Ты кровью чуешь, что вы с ним — одного племени, и узнаешь его как родного.

Жаль, твои сородичи не видят того же, что и ты, Сорака — они забрали бы твою боль, как ты забираешь нашу.

Родство душ — странное явление. Оно легко сводит людей помимо их сознания и воли.

Он тебе не брат, не сват, не кум, не ГУМ, не ЦУМ...

— Слушай, нельзя вот так просто заходить в дом к чужим людям! На свете столько уродов... Твоя мама тебе не говорила?

— Да...

— Ну, и где же она?

— В самолёте.

— В самолёте?! Ну а ты сейчас с кем?

— С папой...

— Ну, так иди к папе, он наверняка ищет тебя.

— Он меня не ищет.

— Почему?

— Он на меня смотрит.

— ... Что?

— Мы никогда не виделись. Ты был женат на моей маме, Саре, Саре Кейли. Моё имя — Пейтон. Я твоя дочь.