Но ему нельзя пить. Нельзя от слова «совсем».
... Лучше быть везучим, чем богатым.
Но ему нельзя пить. Нельзя от слова «совсем».
Шекспир всегда неоднозначен. Ему нравится морочить зрителю голову. У него в каждой сцене заключена куча смыслов. Всегда что-то спрятано за занавеской, чтобы потом нас удивить.
— Вот твоя праздничная порция!
— О, спасибо. Но теперь, когда можно по закону, мне уже и неинтересно.
Справедливость торжествовала, зло было наказано, даже глупость была наказана, а добродетель — вознаграждена, более или менее. У Шекспира всегда всё более или менее.
Мне говорят, нет Духа Русского в моем теле,
Если могу отказываться намахнуть по беленькой,
Говорят, я теперь и не мужик вовсе!
Настало время ответить за все, мразь, готовься!
Заливаешь неудачи свои алкоголем? —
Немощный ублюдок без характера и силы воли!
А если ты по синеве биться со мной наметил —
Делайте ставки — медведь против тупого тетерева!
Куда тебе? Встанешь пока, найдешь опору,
Я тебе расп*здяю вызываю скорую!
На пьяном шабаше ***ей всех зовешь братом,
Жизнь положу, чтоб таких раскидать по палатам!
Я когда-то барменом работал и заметил, что люди фигню всякую любят пить. «Б-52» знаете зачем поджигают? Чтобы раз в год какой-нибудь *** себе гортань поджёг и я на живого дракона посмотрел.
– Вы мне кажетесь почти застенчивым.
– Это мой третий стакан.
– А что происходит после четвертого?
– Ничего особенного. Я его выпиваю и жду пятого.
— Мы наконец-то закончили! — радостно провозгласил Анджей. — За это надо бы выпить, да нельзя.
— Так поднимем бокалы с компотом. И пусть все, кто гробит свое здоровье алкоголем, поймут свою ущербность! — подхватил Ремуальд.