Шекспир тем и прекрасен, что у него нет однозначных ответов.
Справедливость торжествовала, зло было наказано, даже глупость была наказана, а добродетель — вознаграждена, более или менее. У Шекспира всегда всё более или менее.
Шекспир тем и прекрасен, что у него нет однозначных ответов.
Справедливость торжествовала, зло было наказано, даже глупость была наказана, а добродетель — вознаграждена, более или менее. У Шекспира всегда всё более или менее.
Рассказчик говорит о том, как живут люди. Прозаик — о том, как должны жить люди. Писатель — о том, ради чего живут люди.
По большому счёту, «культовый писатель» должен бы изменять жизнь человечью, а не список тем ликёро-водочных бесед в субботу вечером. А так не бывает.
Ну, почти не…
Да, слава пришла, но вместе с ней и тишина. Я больше не видел истории, не слышал своих персонажей. Слова-солдаты, которые раньше беспрекословно слушались своего генерала, отказывались становиться в строй и подчиняться мне. Я осознал, что не способен связать и двух слов.
— Опыт писательства — это ваше озарение?
— Это особое чувство. Ты пытаешься организовать предложение и выбираешь – это слово подойдет, а это – нет. Они синонимы, но в данном контексте первое слово звучит лучше. Мне нравится подбирать слова, выстраивать конструкцию предложения. Даже сконструировать одно предложение – это большое эстетическое удовольствие. И своеобразный опыт. Это интересно с точки зрения лингвистики. Одно даже самое небольшое предложение – это произведение искусства. Даже предложение из двух слов! Предложение с одним словом – не предложение, это всего лишь слово. [смеется]. А вот два слова – уже предложение, и произведение искусства!
Писатель на автограф-сессии должен обнимать поклонниц так, чтобы они на него потом не подали в суд.