Как жаль, что мы не вечно так юны,
Чтоб безмятежно петь и танцевать.
Давай же будем музыке верны
И в шестьдесят и в восемьдесят пять!
Как жаль, что мы не вечно так юны,
Чтоб безмятежно петь и танцевать.
Давай же будем музыке верны
И в шестьдесят и в восемьдесят пять!
В юности всегда много хорошей музыки, а потом ее почему-то перестают писать. Так думает каждый человек, когда вырастает.
В молодом человеке горит огонь, в старом человеке светит свет. Надо уметь, пока горит огонь, гореть, но когда прошло время горения – суметь быть светом. Надо в какой-то момент жизни быть силой, а в какой-то момент быть тишиной.
Жизнь — как музыкальная импровизация: ты не знаешь, какой будет следующая песня или мелодия, ты живешь в той композиции, которая звучит в данный момент!
Мы все в юности совершаем глупости, вот только подчас плата за них оказывается слишком высокой.
Музыка должна быть отдушиной для чувств. Музыка дает выход эмоциям, так и должно быть.
Я предпочитаю европейское исполнение — в американских оркестрах слишком громкие духовые.
Популярная музыка существует не для того, чтобы ее анализировали. Она существует для того, чтобы доставлять удовольствие.