Люди строят дома, чтобы жить, а когда приближается час их смерти, они пишут книги.
... дух человеческий зачастую принимает решения, причины которых ему самому непонятны, хоть и предполагает, что сделал это, пролетев по путям разума столь стремительно, что потом уж не в силах не только узнать их, но и вновь на них вернуться.
Бывают слова – полова, мусор, и они превращаются в ничто, едва прозвучав. Другие отбрасывают тени, уродливые и жалкие, а иногда прекрасные и могучие, способные спасти погибающего. Но только некоторые из этих слов становятся людьми и тоже говорят слова. И у каждого в мире есть шанс встретить того, кого он сам когда-то произнес вслух…
У меня есть один знакомый. Он утверждает, будто человек — это только промежуточное звено, необходимое природе для создания венца творения: рюмки коньяка с ломтиком лимона.
Каждая страна, как и человек, доставляет неудобства другим, одним фактом своего существования.
Я видел много друзей, но ценнее друга, чем хранение языка, не видел. Я видел много одежды, но ценнее одежды, чем благочестие, не видел. Я видел много богатств, но ценее богатства, чем довольство, не видел. Я видел много добра, но ценнее добра, чем назидание, не видел. Я видел много еды, но вкуснее еды, чем терпение, не видел.
Так люди присваивают тех, кого любят — дают им особенное имя. Хотят сделать их своей собственностью.
Одиночество духа гораздо страшнее одиночества тела, которое можно насытить каким-то эрзацем, тогда как душа признает только подлинник.
Она и сама не знала, почему её всегда все любили, возможно, потому, что и сама Айрин очень любила людей — она всегда была готова помочь и выслушать, она сама никогда не осуждала, она всегда умела выражать неподдельное восхищение каждым, потому что искренне считала, что каждый этого достоин.
Cлайд с цитатой