— Иногда миссис Кинкенон готовила крабов.
— Уже лучше. Как она их готовила?
— Варила и добавляла соль
— И все? Краб с солью?
— Иногда миссис Кинкенон готовила крабов.
— Уже лучше. Как она их готовила?
— Варила и добавляла соль
— И все? Краб с солью?
— Я острый перец никогда не пробовал.
— Правда? Твое тщедушное тельце его не выдержит.
— Почему ты шел с девочкой-сироткой?
— Почему нет? Мне плевать, откуда она. Милашка — она везде милашка.
— Не надо нас есть. Мы не еда. Мы жители Земли! Мы не ваши враги. Ясно?
— Нас прислал сюда верховный лидер, полакомиться человечинкой, обмакивая ее в сливочный соус... Да, шучу я! Я веган. Но какая пицца без сыра и ветчинки?!
— Это лев или бегемот?
— По-моему, лев.
— А на вкус как бегемот. Печенья со зверюшками?
— Нет, спасибо.
— Роланд, вот, я всё сделал.
— Паштет из шотландской куропатки с китайскими речными карасями, филе оленя с золочёным фундуком.
— Моё меню.
— А-а, это меню, а не список покупок Гарри Поттера!
– По крайней мере у вас приличные манеры, – говорит Эффи, когда мы заканчиваем главное блюдо. – Прошлогодняя пара ела всё руками, как дикари. У меня от этого совершенно пропадал аппетит.
Те двое с прошлого года были детьми из Шлака, и они никогда за всю свою жизнь не наедались досыта. Неудивительно, что правила поведения за столом не сильно их заботили. Мы – другое дело. Пит – сын пекаря; нас с Прим учила мама. Что ж, пользоваться вилкой и ножом я умею. Тем не менее замечание задевает меня за живое, и до конца ужина я ем исключительно пальцами.
Потом вытираю руки о скатерть, заставляя Эффи поджать губы еще сильнее.
На голодный желудок русский человек ничего делать и думать не хочет, а на сытый — не может.
Дело не в том, что ты ешь: главное – есть с удовольствием и не дергаться. Мнительность убивает.
Вряд ли в наших краях вы найдёте кого-то, кому могут понравиться приключения. От них одни проблемы, ещё обед пропустишь!