Вес мыслям придёт лёгкость их понимания.
Застрявшая мысль — заедает.
Вес мыслям придёт лёгкость их понимания.
Я чувствую себя мятежной раковой клеткой в отлаженном и однообразном кровотоке метрополитена, но слиться воедино с людьми у меня уже не получается, да и не хочется. Не бойтесь, я проедусь и выйду, размножаться в опухоль не буду.
Mысль о самоубийстве — это великое утешение: при поддержке её пережиты многие ужасные ночи.
(Мысль о самоубийстве – сильное утешительное средство: с ней благополучно переживаются иные мрачные ночи.)
Каждая мысль — как бы легкий удар по куску железа, под которым мы понимаем наше тело, и так это железо постепенно превращается в то, чем мы желаем быть.
Надо следовать Ликургу, который сказал: если власть — служение народу, то прекрасно все — и жизнь, и смерть, и слава, и позор, когда они полезны государству. Надо принять эту судьбу, ибо она именно такова по своей природе и другой быть не может. Но она никогда не сбрасывает со счетов дела и мысли человека.
Большинство людей считает, что они неповторимы. Что таких как они, на планете больше нет. Именно эта мысль побуждает их вставать по утрам с постели, есть, и ходить, как ни в чем не бывало.
Мои помыслы чисты, благи намеренья.
Не иду на поводу отморозков в сквере я.
Редактируй мысли, контролируй речь,
В противном случае, получишь в печень.