Слушаешь? Значит так. Травка зеленеет, солнышко блестит. А я, брат, делаю людям больно.
Нет, пап, я не чокнутый стрелок, я убийца! Разница в том, что первое — болезнь, а второе — профессия.
Слушаешь? Значит так. Травка зеленеет, солнышко блестит. А я, брат, делаю людям больно.
Нет, пап, я не чокнутый стрелок, я убийца! Разница в том, что первое — болезнь, а второе — профессия.
Слушай, парень. Я ведь инженер, и умею решать проблемы. Не проблемы типа «Что есть добро?», потому что с такими вопросами должны разбираться долбаные философы. Я решаю практические проблемы. Например, как можно остановить огромного ублюдка, который задумал порвать меня на мелкие кусочки подкравшись сзади? Вот ответ — есть пушка. Если это не помогло — шмаляй из второй.
— Я хочу извиниться за то, что другие вампиры сделали со Стефаном, за похищение, за пытки... Этого не должно было случиться.
— Вы там играли в Дом-2 с половиной вампиров из гробницы, причем реально взбешенных. И что, вы думали, должно было произойти?
Давным-давно я вёл одну программу, приходит такой известный российский актер и я его спрашиваю: «Кого вы считаете выдающимися актерами двадцатого века?»
Он так сел и сказал: «Нас немного...»
— Небось живешь жирнячно, да?
— Я? Ты вообще про что?..
— Ты спишь на шелке? И всяким золотым говном обливаешься? Ты богатый!
— Я от всего этого отказался. Хотя по золотому говну время от времени скучаю.
— Что, правда, отказался? Знала, что ты не такой плохой.
Боже мой! Человек, который каждый день видит неволю... Он должен быть незаменимым для семейной жизни!
Что ж, это была передача ВечерВечер. Свое мнение оставляйте под хэштегом #Яничтожествомоемнениеникомунеинтересно. До скорой встречи.
Если есть кому дать в репу, пристрелить, или еще что-нибудь, то скажи, я все сделаю, до конца жизни буду делать, а вот как мы с тобой будем солнце чинить?
Я не жалею о пережитой бедности. Если верить Хемингуэю, бедность — незаменимая школа для писателя. Бедность делает человека зорким. И так далее.
Любопытно, что Хемингуэй это понял, как только разбогател…
— Я знаю, что нам делать с твоими предвидениями... Знаю, куда с ними ехать.
— Куда же?
— В Вегас!