— Я не такой, как вы. Мне не нужно убивать людей.
— Пока нет. Но возникают ситуации, когда ты понимаешь, что единственный способ защитить одного человека — это убить другого.
— Я не такой, как вы. Мне не нужно убивать людей.
— Пока нет. Но возникают ситуации, когда ты понимаешь, что единственный способ защитить одного человека — это убить другого.
— Просто не волнуйся на поле, ладно? И не злись.
— Я понял.
— И не напрягайся.
— Понял!
— И не думай об Эллисон! Или о её папе, который попытается тебя убить. Или о Дереке, который пытался убить тебя. Или о девушке, которую он убил. Или о том, что ты можешь убить кого-то, если охотник не убьёт тебя первым.
— Мне придётся тебя наказать, и я это сделаю. Ты под домашним арестом.
— А как же работа?
— Ладно, помимо работы. И никакого телевизора.
— Он и так сломан.
— Тогда никакого компьютера.
— Он нужен мне для занятий.
— Тогда никакого... Никакого Стайлза!
– Ты вообще знаешь, почему волк воет?
– А должен?
– Это сигнал. Когда волк один, он воет, сигнализируя о своём местонахождении остальным членам стаи. Короче, если услышишь вой – значит где-то поблизости волк или целая стая.
– Отойди от переключателя. Или я заставлю тебя отойти.
– Вот это уже немецкий подход к действиям. Из тебя бы вышел отличный молодой нацист.
– Ты чувствуешь это, Тео? Вот он, секрет обретения силы. Боль. Забирая боль, забираешь жизнь, забираешь силу. Всё или ничего. Ты забираешь всё, пока ничего не останется. Вот где можно найти искру... а потом забрать и её. Боль, жизнь, сила – только в этом порядке и никак иначе, понимаешь?
– Ещё как.
— Ты в порядке?
— Помнишь, что я сказала? Когда мы задыхались?
— Ты имеешь в виду, о поездке во Францию?
— Я имею в виду о том, чего я еще не сделала, но все еще хочу сделать.
— Да.
— Это — одна из них.
– Что-то изменилось.
– Ты о чём?
– Я не уверен. Что-то не так. Со мной и моими друзьями. Со всеми нами. Что-то изменилось. Я думаю, что это из-за меня. И я не знаю, как это исправить.
— Итан, я постоянно забываю, сколько костей в человеческом теле...
— Я не знаю. Давай посчитаем!
— [бьет Итана] Вот одна!