Никто из самых близких поневоле
В мои переживания не вхож;
Храню свои душевные мозоли
От любящих участливых галош.
Никто из самых близких поневоле
В мои переживания не вхож;
Храню свои душевные мозоли
От любящих участливых галош.
Так ловко стали пресмыкаться
сейчас в чиновничьих кругах,
что могут с легкостью сморкаться
посредством пальцев на ногах.
Больше всего ненавидишь не врага, а близкого человека. Друга, который нас разочаровал, брата, который нас предал, соседа, который на нас донёс.
Я давно не плакал
Я плакал и пел
А потом стал слушать
Оказывается в доме очень
Много часов и ничего не
Слышно
И я удивился:
Сердце стучит все так же...
Мы варимся в странном компоте,
Где лгут за глаза и в глаза,
Где каждый в отдельности – против,
А вместе – решительно за.
Вселенная даёт сердцу возможность очиститься и любить намного сильнее, для этого нам даны боль и переживания! Надо пройти через это, чтобы стать намного лучше.
Во всех промелькнувших веках
Любимые публикой цезари
Её самою впопыхах
Душили, топтали и резали…
Но публика это терпела,
И цезарей жарко любили,
Поскольку «за правое дело!»
Всегда эти цезари были.
У каждого из нас есть круг близких, мы сплетаемся друг с другом, будто нити в полотне времени. Айя, вовсе не обязательно быть слитым с компьютерным кодом, чтобы осуществлять прочную связь между людьми. Потому что любящие люди сами держатся друг за друга.
— Так ты всё-таки переживаешь за меня?
— Конечно! Я начал переживать за тебя с тех самых пор, как ты начал грызть ногти на ногах!