Не надо думать, что я такая загадочная! Я самая обычная девушка, я тоже сморкаюсь и пускаю слюни во сне.
Неужели, это я? Одинокая, такая одинокая как никто в мире.
Не надо думать, что я такая загадочная! Я самая обычная девушка, я тоже сморкаюсь и пускаю слюни во сне.
— Я хочу быть спутницей вашей жизни!
— У меня уже есть спутница. Ее имя одиночество. Я всегда был одинок, даже когда думал, что рядом со мной те, кто меня любит.
( — Я хочу быть спутницей вашей жизни!
— У меня уже есть спутница. Ее имя одиночество. Я всегда был одинок, даже когда я был с теми, кого я любил и кто любил меня).
У меня всё только начинается — и складывается отлично. Я что-то делаю — какие-то движения на пути к себе. Могу сказать совершенно точно, что сейчас наслаждаюсь и буду наслаждаться абсолютной независимостью. Как в творческих, так и в личных отношениях.
Ощущение, что я... Нет, еще не старый, но события несутся со все нарастающей скоростью, скорее всего, я просто перестал чувствовать себя молодым.
... Сейчас только десять двадцать, а я уже определился с вечером: пойти и нажраться.
Я слишком молода, чтобы стать старухой, и слишком стара, чтобы быть молодой. Я везде лишняя.
В пылу самого беспорядочного опьянения я вдруг замечал своё положение. Я замечал, что являюсь глупцом, обманывающим самого себя своими действиями. Иногда же, сколько бы я ни пил, я не мог добиться даже такого обманчивого состояния и погружался в безудержную тоску. Когда же я искусственно получал весёлость, обязательно потом наступала реакция уныния.
Я понимаю, что ни один день повторить нельзя, а потому проживаю его, как последний. В этом моя фатальность.
Мне кажется, что сколько бы друзей у меня не появилось, общительнее я не стала, потому что в одиночестве я почему-то чувствую себя спокойнее.
Моя голова словно блендер: в неё, родимую, загрузили все радостные и печальные переживания, нажали на кнопку, и всё измельчилось, перемешалось так, что уже не отличишь важное от не важного.