Если я ни к чему не буду стремиться, то, полагаю, что ничего и не потеряю.
Выходит, мои чувства тебе в тягость... Но я-то уже влюбилась в тебя... И что теперь?
Если я ни к чему не буду стремиться, то, полагаю, что ничего и не потеряю.
Выходит, мои чувства тебе в тягость... Но я-то уже влюбилась в тебя... И что теперь?
Сколько ни думай, но чувств другого человека не поймёшь. А значит, остаётся только показать свои!
Она подумала, как прекрасно было бы, если дождь продолжался всю ночь и не ослабел на утро. Тогда никто не смог бы заставить их опять вкалывать.
Если бы все мы исповедались друг другу в своих грехах, то посмеялись бы над тем, сколь мало у нас выдумки. Если бы все мы раскрыли свои добродетели, то посмеялись бы над тем же.
— ... побаливает при езде и иногда немного при ходьбе, а так все в порядке.
— Я гей, если хочу посмотреть?
— Любопытный гей!
Мэтр все это время стоял рядом и с сосредоточенным видом листал свою книгу в синей бумажной обложке. Книга оказалась захватанной до невозможности – на многих листах виднелись сальные пятна и какие-то грязные отпечатки, краска местами потекла, и руны были подправлены от руки обычными чернилами. На полях пестрели пометки, отдельные слова были подчеркнуты, а одно заклинание так вовсе замарано крест-накрест, и рядом стояла категоричная резолюция: «Фигня!»
Написать хороший роман — это как нарисовать картину размером со стену кисточкой для ресниц.