В этой жизни есть два типа людей: те, кто, входя в комнату, говорят: «А вот и я!» и те, кто произносит: «А вот и ты!»
Чем человек менее интеллигентен, тем больше он убеждён в абсурдности того, что ему непонятно.
В этой жизни есть два типа людей: те, кто, входя в комнату, говорят: «А вот и я!» и те, кто произносит: «А вот и ты!»
Чем человек менее интеллигентен, тем больше он убеждён в абсурдности того, что ему непонятно.
У нас почему-то считается, что элита — это человек, который имеет много денег. Это не элита, это просто — богатый человек. Элита — это человек, который приносит своей стране пользу. Интеллектуальная элита, может быть. Политическая элита, может быть. А богатые — это еще не элита. Это купцы были в России. Так что они пока просто индустриалисты.
– Счастливы животные – они не рискуют попасть в ад.
– Они и без того в аду, – возразила Джозиана.
— Я кое-что покажу.
— Слушай..
— .. Будь добр, посмотри. Это — кофейная чашка. Будет пространственно-временным континуумом. Когда ты переносишься во времени, она ломается.
— Серьёзно?
— Конечно, ты можешь вернуть время, попытаться всё исправить. Но как бы сильно ты не старался, она не станет такой как прежде.
— Слушай, я узнал много того, что не знал раньше. Я не повторю те же ошибки.
— Ошибки... То, что ты сейчас сказал — парадокс, не только в путешествиях во времени, но и в жизни. Если бы я знал, что знаю сейчас...
— ... Зачем эти силы, если я не могу вернуться и исправить то, что испортил?
— Мы не боги, мы — люди. Которым по непонятным причинам достались невероятные способности. Теперь, ты должен спросить себя: «Каким героем ты будешь?», «Будешь при каждой ошибке пытаться вернуть всё, как было?» или будешь жить с этим, и идти дальше?
Человек обладает своими благами в воображении и своими бедствиями в действительности.
Как часто внешняя обстановка, которой мы себя окружаем, меняет наше отношение к жизни! Если человек был беден, богатство сделает его на время как будто счастливым. Если он находится среди людей чуждых взглядов, то, очутившись в благоприятном окружении, он будет некоторое время думать, что все его затруднения разрешены. Это показывает, как мало знакомо нам то внутреннее спокойствие, которое не могут поколебать никакие изменения в наших материальных условиях.
Из всех, кого я знаю, только папа другой. Он верен чему-то, что в нем, а не в вещах.
Человеческое сердце разбить нельзя. Это только кажется, что оно разбито. На самом деле страдает душа. Но и у души достаточно сил, и, если захотеть, можно её воскресить.
А мы не помним времени и дат,
Стираются подробности и лица...
А мы — как снег, идущий наугад.
Лишь снег имеет право повториться.