Умение властвовать не черпается из книг.
Когда объявит шах торжественный прием,
Не сами ль небеса сгибаются при нем?
И кажутся тогда почтенные мужчины
Кишеньем черноты, собраньем чертовщины.
Умение властвовать не черпается из книг.
Когда объявит шах торжественный прием,
Не сами ль небеса сгибаются при нем?
И кажутся тогда почтенные мужчины
Кишеньем черноты, собраньем чертовщины.
Достоевский на несколько дерзких шагов оказался впереди своего времени. Следуешь за ним со страхом, недоверчивостью, потрясением — но всё равно следуешь. Он не отпускает, ты обязан идти за ним… Его следует просто назвать уникумом. Он пришёл из ниоткуда и ни к какому месту не принадлежит. И всё же он всегда остаётся русским.
... А общество, смотрящее спокойно
На притесненье гениев своих,
Вандального правительства достойно,
И не мечтать ему о днях иных...
Царь — дерево, а подданные — корни.
Чем крепче корни, тем ветвям просторней.
Не утесняй ни в чем народ простой.
Народ обидев, вырвешь корень свой.
Я прошу вас писать любые книги, не заботясь, мала ли, велика ли тема. Правдами и неправдами, но, надеюсь, вы заработаете денег, чтоб путешествовать, мечтать, и размышлять о будущем или о прошлом мира, и фантазировать, и бродить по улицам, и удить в струях потока. И я вас вовсе не ограничиваю прозой. Как вы порадуете меня — и со мною тысячи простых читателей, — если будете писать о путешествиях и приключениях, займетесь критикой, исследованиями, историей, биографией, философией, науками. Ибо книги каким-то образом влияют друг на друга, и искусство прозы только выиграет от содружества с поэзией и философией. Кроме того, если вы обратитесь к любой крупной фигуре прошлого — Сапфо, госпоже ли Мурасаки или Эмили Бронте, — вы увидите, что она не только новатор, но и преемница и своим существованием обязана развившейся у женщин привычке писать.
Всякий раз, когда, отложив книгу, ты начнешь плести нить собственных размышлений, — книга достигла цели.
К сожалению, не всему могут научить книги. Они не могут подсказать, что сделать, чтобы ваша жена была счастлива; они не могут научить вас дорожить соседями; они не могут предупредить вас, что человек, живущий напротив, опасен. Нет, по-настоящему учиться можно только на своих ошибок. Но, конечно, если вы из-за этих ошибок попадете в тюрьму, хорошо иметь под рукой книгу, которая поможет скоротать время.
Политика — клоака. Депутаты — паралитики.
Беспомощные, кто голосует — дураки.
Я вижу: старики по улицам ищут бутылки.
Вижу: политики лишь набивают кошельки,
Водят тачки, строят дачи, особняки,
Устраивают склоки по ТВ. Они ведь те же гопники,
Только у власти.