— Послушай... если тебе хорошо, то скажи что-нибудь.
— Ни... Ничего хорошего! Я ничего не чувствую!
— А чего тогда он у тебя встал?
— Это, наверное, просто рефлекс! Обычная физиология. Ничего особенного не произошло.
— Послушай... если тебе хорошо, то скажи что-нибудь.
— Ни... Ничего хорошего! Я ничего не чувствую!
— А чего тогда он у тебя встал?
— Это, наверное, просто рефлекс! Обычная физиология. Ничего особенного не произошло.
— Странное ощущение, я никогда не просыпалась в наручниках...
— А я просыпался, голый....
Давным-давно я вёл одну программу, приходит такой известный российский актер и я его спрашиваю: «Кого вы считаете выдающимися актерами двадцатого века?»
Он так сел и сказал: «Нас немного...»
— Я думаю, ты знаешь, зачем я здесь.
— Ну, я всегда полагала, чтобы изучать нас, исследовать наши слабости и докладывать обо всем своим инопланетным хозяевам.
Я не жалею о пережитой бедности. Если верить Хемингуэю, бедность — незаменимая школа для писателя. Бедность делает человека зорким. И так далее.
Любопытно, что Хемингуэй это понял, как только разбогател…
— Я знаю, что нам делать с твоими предвидениями... Знаю, куда с ними ехать.
— Куда же?
— В Вегас!
Чтобы поступать справедливо, нужно знать очень немного. А вот чтобы с полным основанием творить несправедливость, нужно основательно изучить право.
Если у вас есть какие-то возражения против того, что мы делаем, то пожалуйста, во что бы то ни стало не стесняйтесь держать их при себе.