А теперь господа
Грабят нас без стыда
И обманом
Их карманом
Стала наша мошна.
Они кожу с нас дерут,
Мы посеем — они жнут.
Они воры,
Живодеры,
Как пиявки, кровь сосут.
А теперь господа
Грабят нас без стыда
И обманом
Их карманом
Стала наша мошна.
Они кожу с нас дерут,
Мы посеем — они жнут.
Они воры,
Живодеры,
Как пиявки, кровь сосут.
Богач тупел, а бедняк дичал и озлоблялся, и каждая новая возможность, открывавшаяся перед человечеством, делала богача все более богатым, а бедняка — все менее необходимым и поэтому менее свободным.
... честным трудом никогда не заработать нам больше насущного хлеба. А у кого деньги, сударь, тот старается бедного закабалить, чтобы на его труды даровые еще больше денег наживать.
Двое.
А. — Я был богатым, как раджа.
Б. — А я был беден.
Вместе. — Но на тот свет без багажа
Мы оба едем.
Богатые люди приобретают активы. Бедные и средний класс приобретают пассив, который считают активом.
В бедности нет никакого порока. Я был бедным человеком, и я был богатым человеком. И я выбираю быть богатым в каждый грёбаный раз.
(Нет ничего благородного в бедности. Я был и богачом и был бедняком. Но я во всех случаях выбрал бы богатство.)
Богатство формирует весьма смутное представление о том, что такое бедность на самом деле, если только человек не наделен живым воображением.
Если природное богатство — достояние народа, то кто когда — нибудь из нас, хоть копейку получил за нефть и газ?