даже лесная тишь потеряла доброе имя,
и кузнечики пилят ее с какой-то угрозой.
даже лесная тишь потеряла доброе имя,
и кузнечики пилят ее с какой-то угрозой.
На белый бал берез не соберу.
Холодный хор хвои хранит молчанье.
Кукушки крик, как камешек отчаянья,
все катится и катится в бору.
— Слышу.., как трава шумит, как лес качается. Да вот ещё комары проклятущие…
— Не то ты слышишь!
Никаких новостей.
Нас берут на испуг.
Нас измором берут
никаких новостей
бьет под дых тишина.
And the people bowed and prayed
To the neon god they made.
And the sign flashed out its warning,
In the words that it was forming.
And the sign said: «The words of the prophets
are written on the subway walls
And tenement halls
And whispered in the sounds of silence...»
Лесорубы,
Ничего нас не берёт -
Ни пожары, ни морозы!
Поселился
Наш обветренный народ
Между ёлкой и берёзой!
Э-ге-гей!
Привыкли руки к топорам!
Только сердце
Непослушно докторам,
Если иволга поёт по вечерам.
Отлив лениво ткёт по дну
Узоры пенных кружев...
Мы пригласили тишину
На наш прощальный ужин.