— А господь простит меня, Джим?
— Может быть. Он может и простит тебе то, что ты сделала мне. Может простит мне то, что я сделал тебе. Но как он себе простит, этого я не понимаю.
— А господь простит меня, Джим?
— Может быть. Он может и простит тебе то, что ты сделала мне. Может простит мне то, что я сделал тебе. Но как он себе простит, этого я не понимаю.
За грехи наши и зло человеческий облик приняло. Бог-то простит, только ты себе не прощай. Так и живи – меж великим прощением и собственным терзанием.
Я не разбираюсь в религиозных тонкостях. Но мне кажется, что Бог – если он существует – простил бы мстителя. А если кто от мести откажется, того Бог, может быть, и не станет прощать.
Порой я думаю, прости ли нас Бог за то, что мы творим друг с другом? А после оглядываюсь и понимаю… из этих мест, Бог давным-давно ушел.
Страницу и огонь, зерно и жернова,
Секиры остриё и усечённый волос -
Бог сохраняет всё, особенно слова
Прощенья и любви, как собственный свой голос...
Я умею прощать. Такими Бог создал людей. Мы способны проклинать, и мы способны прощать. Все зависит от нашего решения. Это равновесие.
— О чём мне молить Бога?
— «Пусть в следующий раз я встречу молодого парня».
— ... «Пусть Ву Чжин встанет перед Дэ Су на колени и просит прощения».