Я подумаю об этом завтра.
— Чего вы боитесь?
— Больше всего того, что жизнь стала слишком реальной, она утратила былую красоту, утратила безмятежность тех прежних дней, милых моему сердцу. Я не приспособлен жить в этом мире, а мир, которому я принадлежу — исчез с приходом войны. Я видел кровавое месиво из людей, снарядами рвало моих друзей на куски... Бог сохранил мне жизнь, но она для меня хуже смерти. В новом мире мне нет места и мне страшно.
— Бросить нас одних, беспомощных...
— Вы беспомощная? Сохрани Бог янки, которые на вас нарвутся.
— Этот, витающий в облаках, благородный мистер Эшли, конечно же, недостоин девушки с такой... как он выразился? Неуемной жаждой жизни.
— А вы не достойны смахивать пыль с его сапог!
— А вы собираетесь ненавидеть его до гроба.
— Кто там?
— Всего лишь ваш муж.
— Войдите.
— О, неужели мне позволили войти в святилище?
— Не флиртуйте со мной, как с вашими мальчиками. Мне от вас нужно больше, чем флирт.
— А что же вам нужно?
— Я вам скажу, если вы снимите с себя эту жеманную улыбку. Я хотел бы... хотел бы услышать то, что вы однажды сказали Эшли: «Я вас люблю».
— Этого вы не услышите от меня до конца ваших дней.
Бог свидетель: я солгу, украду, убью, но никогда больше я не буду голодать, никогда!
Эшли, вам давно надо было сказать, что вы любите Мелли, а не дразнить меня рассуждениями о чести. Вам понадобились годы, чтобы понять это? Я значу для вас не больше, чем Белль для Батлера. Я любила образ, который сама себе... сама себе нарисовала... А вы мне безразличны. Как могло это произойти? Теперь не важно...
Cлайд с цитатой