В прежнее время книги писали писатели, а читали читатели. Теперь книги пишут читатели и не читает никто.
Год назад у меня был американский писатель из рода экспериментаторов, который хвалил мои книги за то, что он их не понимает, так как считал это доказательством их оригинальности.
— Может, погуляешь со мной, когда позавтракаешь?
— Наверное, я сперва должен попробовать что-нибудь написать.
— Уже есть идеи?
— Идей полно... Хороших нет.
Зачастую автор оказывает читателю плохую услугу, если написание книги становится для него актом очищения.
Писатель на автограф-сессии должен обнимать поклонниц так, чтобы они на него потом не подали в суд.
Самою полною сатирою на некоторые литературные общества был бы список членов с о значением того, что кем написано.
Мне понадобилось полвека, чтобы понять, что у меня нет литературного дара. Увы, к тому времени я уже был известным писателем.
... мы пишем книги, не способные изменить мир, несмотря на наш дар и непрекращающиеся усилия, несмотря на наши самые смелые ожидания.
Cлайд с цитатой