Некоторые чувства трудно держать при себе, они так или иначе прорываются наружу.
У обоих всё запредельно и нараспашку, ловите кислород и прячьте посуду.
Некоторые чувства трудно держать при себе, они так или иначе прорываются наружу.
— Штрафной рассказ с тебя, соня, — сказали ему.
Лэри зевнул, как тигр, и долго молчал.
— Одна симпатичная девчонка как-то раз попала под поезд, — донеслось наконец сипло и безнадежно.
— Все, заткнись. Можешь спать дальше.
Торжественно прощаешься со всеми и понимаешь, что с тебя хватит. Что пора уже начинать с кем-то здороваться. А поскольку ничего не можешь делать сам, здороваешься с собой — давним и беспомощным. С тем, кому все помогали и никто не смел обидеть. Чем плохо?
Трудно отказаться от мечты. Легче усложнить путь к ней, чем поверить, что задуманному не осуществиться.
Почему человек иногда вновь переживает то или иное событие, посреди разговора, ничем с ним не связанного?
Должность вожака довела его до пределов священного безумия, за гранью которого знакомые люди оборачиваются чужаками.
Она нанялась мыть посуду, потому что, когда моешь посуду, можно не бояться кому-нибудь нахамить.
И еще я знаю, что когда твой подлинный цвет рвет тебя изнутри, можно завернуться в десять слоев белого или черного, ничего не поможет. Все равно что пытаться заткнуть водопад носовым платком.