— Штрафной рассказ с тебя, соня, — сказали ему.
Лэри зевнул, как тигр, и долго молчал.
— Одна симпатичная девчонка как-то раз попала под поезд, — донеслось наконец сипло и безнадежно.
— Все, заткнись. Можешь спать дальше.
— Штрафной рассказ с тебя, соня, — сказали ему.
Лэри зевнул, как тигр, и долго молчал.
— Одна симпатичная девчонка как-то раз попала под поезд, — донеслось наконец сипло и безнадежно.
— Все, заткнись. Можешь спать дальше.
— Эге, — говорю я двойнику, — ты что, взрослеешь? Не вздумай, а то я с тобой больше не дружу.
Для того они и существовали, особенные места, чтобы в них можно было прятаться — исчезая для других — и думать. Странным образом места влияли на «думанье».
Знание сидит в тебе, а ты его не замечаешь, пока как следует не встряхнет, и тогда понимаешь, что ждал чего-то такого уже давно. Но почему, все равно не узнаешь.