Мы любим иной раз даже такие похвалы, в искренность которых не верим.
Никто не может похвалиться тем, что ни разу в жизни не стал предметом презрения.
Мы любим иной раз даже такие похвалы, в искренность которых не верим.
Ложная скромность служит для того, чтобы принизить свои заслуги и тем самым заслужить похвалу. И лишь истинная скромность побуждает выставлять на первый план заслуги окружающих, чтобы они были отмечены по достоинству.
... Человеческое сердце уж так устроено, что и незаслуженные похвалы доставляют ему тайную сладость — или по крайней мере удовольствие смирения.
Польза добродетели столь очевидна, что даже дурные люди поступают добродетельно ради выгоды.
Иногда, глядя на людские поступки, невольно думаешь, что наша жизнь и мирские дела — серьезная игра, где дозволены любые уловки, лишь бы, рискуя своим, отнять чужое, и где удачник без ущерба для чести грабит того, кто менее удачлив и ловок.
— Знаю, ты пообещал мне это дело, но его лучше отдать Бендеку. Ему оно нужнее. И кроме того, этот сварливый сукин сын оказался прав.
— Мне передать ему это?
— Только то, что он сварливый сукин сын.
Чистосердечно хвалить добрые дела — значит до некоторой степени принимать в них участие.
Похвала для нее — как опиум для наркомана. Стоило ей получить новую дозу лести, и она уже думала, как добыть следующую. Успех доводил ее до экстаза. Неудача была хуже ломки. Хорошие результаты контрольных доставляли только временное облегчение и гордость, Рин испытывала удовольствие несколько часов, а потом ее охватывала паника перед новым экзаменом.
Она так жаждала похвалы, что чувствовала ее каждой косточкой. И в точности как наркоман, готова была пойти на что угодно, лишь бы ее заслужить.