вопросы

Где есть вопрос — там должен быть ответ.

Я хочу сказать, иногда ты смотришь на вселенную и начинаешь думать: «А как же я?», и слышишь, как вселенная отвечает тебе: «А что ты?»

Женщины всегда задают вопросы, ответы на которые не хотят слышать на самом деле.

— А как понять, любишь или нет?

— Если спрашиваешь, значит, это не любовь.

— А что любовь?

— Её сначала познаешь, потом узнаешь... Я когда в библиотеке работала, столько книг прочла, так вот в одной там сказано, «что любовь не завидует, не гордится, всё покрывает… всему верит, все прощает». Так что, если спрашиваешь, не любовь это. Такое не спрашивают, такое сердцем чувствуют.

В эпоху сомнений нет жажды сильнее, чем жажда узнать ответы на свои вопросы. Но что, если завеса приподнимется и откроется все?

— Объясни мне! Я не знаю, для чего я нужен, но для чего-то же я нужен? Не может такого быть, что человек живет без цели: стареет, умирает — и нет его. Это что, все? Посадить дерево, из которого сделают ящики и зубочистки? Построить дом, который через сто лет снесут? Родить сына, который тоже когда-нибудь умрет? Я чувствую, что есть какая-то цель, мысль, идея, ради которой все совершается! Но где она, в чем она?

Скала к скале; безмолвие пустыни;

Тоска ветров, и раскаленный сплин.

Меж надписей и праздничных картин

Хранит утес два образа святыни.

То — демоны в объятиях. Один

Глядит на мир с надменностью гордыни;

Другой склонен, как падший властелин.

Внизу стихи, не стертые доныне:

«Добро и зло — два брата и друзья.

Им общий путь, их жребий одинаков».

Неясен смысл клинообразных знаков.

Звенят порой признанья соловья;

Приходит тигр к подножию утеса.

Скала молчит. Ответам нет вопроса.

Порой жизнь задаёт нам вопросы, только ответив на которые, мы можем двигаться дальше. Готовы ли вы ради будущего не торопить настоящее? Способны ли перешагнуть через свою гордость ради близких людей?

На дурацкие вопросы следует давать соответствующие дурацкие ответы.

Слова, из которых состоят вопросы, могут вовсе не быть вопросами.