Зима учит безмятежности и неспешности.
Каждая снежинка — учитель изящества.
Я белые цветы в саду тебе хотела показать.
Но снег пошёл.
Не разобрать, где снег и где цветы!
Рождественский снег, бесноватый, кипучий
В лицо мне сбывается, мчится, торопится
Так мне и надо
Ведь всё, что мне надо
Навстречу само так и прёт.
Белая гадость лежит под окном.
Я ношу шапку и шерстяные носки.
Мне везде неуютно и пиво пить в лом.
Как мне избавиться от этой тоски
По вам, Солнечные Дни.
Уж, видимо, ко сну природу клонит
И осени кончается пора.
Глядя в окно, как ветер тучи гонит,
Я нынче ждал зимы еще с утра.
Неслись они, как сумрачные мысли;
Потом, сгустясь, замедлили свой бег;
А к вечеру, тяжелые, нависли
И начали обильно сыпать снег.
Сыпал снег, и огромные белые хлопья застилали дорогу. Кто-то выбросил из окна очень высокого дома перекладной календарь, и листки его летели, как хлопья снега или прожитые дни, и человек шел по снегу (конечно, по снегу, не по дням же). Шел человек по снегу... Они усыпали улицу, черненькие цифры пролетевших дней, и ветер пытался приподнять бумагу, чтобы, вдруг взвившись вверх, швырнуть ее в окно человека, выбросившего год под ноги прохожим, выбросившего дни в снег, дни, ставшие снегом, который сойдет.
Мальчик шел по листикам разбросанного перекладного календаря. Был вечер 31 декабря. Падал снег.
Когда на дом опустилась бархатно-чёрная ночь, в свете уличного фонаря пролетели первые нежные хрустальные снежинки.