общество

Что такое сорняк, в самом деле? Растение, которое никто не сажал? Семечко, упавшее с пальто прохожего, то, что никому не принадлежит? Или то, что растет в неположенном месте? Разве это не просто слово, ярлык, окруженный соответствующими суждениями — «бесполезный», «бессмысленный», «ненужный»?

... идеальное общество можно построить только при одном условии — наличии идеальных людей.

Общественное здание прошлого держалось на трех опорах: священник, король, палач. Давно уже прозвучал голос: «Боги уходят!». Недавно другой голос провозгласил: «Короли уходят!». Пора, чтобы третий голос произнес: «Палач уходит!».

Я не хочу, чтобы меня создавала окружающая среда. Я хочу сам создавать эту среду.

Все, что мы делаем другим людям, мы одновременно делаем и самим себе.

И знаете, что? Они получат их! Рано или поздно они всё от вас получат. Потому что они владеют этим ***аным местом. Это большой клуб, и вас в нём нет! Вы и я не в большом клубе. Кстати, этот тот же большой клуб, который целыми днями вдалбливал вам в голову, чему нужно верить.. Целый день били вас по башке с помощью СМИ, чему верить, что думать и что покупать... Стол перекошен, народ! Игра подстроена! И никто, похоже, не замечает, и никому нет дела... Добропорядочные, трудящиеся люди. Белые воротнички, синие... Неважно, какого цвета у вас рубашка. Добропорядочные, трудящиеся люди продолжают... Эти люди со скромными возможностями продолжают выбирать этих богатых ***сосов, которым *** на них! Им *** на вас! Они не заботятся о вас! Нисколько! Нисколько! Нисколько! Да! Понимаете? И никто, похоже, не замечает, никому нет дела...

Вот на что владельцы рассчитывают.

Он был добр, но держался так замкнуто, что слыл суровым и высокомерным.

Люди охотно позволяют возвышаться над ними, но никогда не прощают тех, кто не опускается до их уровня. Поэтому к чувству восхищения, которое вызывают в них сильные натуры, всегда примешана доля ненависти и страха. В безудержном благородстве люди всегда видят молчаливое порицание себе и никогда не простят этого ни живым, ни мёртвым.

Только свободное общество способно производить технику, делающую возможной тиранию…

В любом государстве найдутся люди, которых можно назвать слепыми фанатиками идеи общественного согласия. Преданные этой идее, они ради неё готовы на всё. На преступление тоже, поскольку цель, по их мнению, оправдывает средства и изменяет соотношения и значимости понятий. Они не убивают, нет, они спасают порядок. Они не истязают, не шантажируют — они обеспечивают интересы государства и дерутся за эти интересы. Жизнь единицы, если единица нарушает догму установленного порядка, для таких людей шелонга ломаного не стоит. А того, что общество, которому они служат, состоит именно из единиц, такие люди во внимание не принимают. Такие люди обладают так называемыми широкими взглядами... а широкие взгляды — это вернейший способ не замечать других людей.