еда

Они раньше были такие пузатые и сочные, а теперь все скрюченные, как будто у них украли жизнь. Они сладкие, но на самом деле это униженные виноградины.

И что же мы будем кушать? Опять макароны? Э-э-э, я как будто опять на войне... Одна и та же пища 360 дней в году! Макароны!!!

Гантельку качнул — ложечку съел. Баланс и гармония!

Если ты голоден – будешь есть все, нет – ходи так (детдомовское правило).

— Бакмэн! В моей еде оказался ноготь, ты, толстожопый идиот! А вчера я нашёл лейкопластырь!

— Извините, сэр. Лейкопластырь держал мой ноготь.

— Что ты там ещё кладёшь в свои блюда, Бакмэн?

— Это очень старый семейный рецепт, сэр. Он в секрете.

— Боже мой. Тут тараканы в муке! Пепел от твоей сигары в спагетти! Господи, Бакмэн! Эта штуковина на этой лодке со времён Кореи! Срок годности истёк в 1966 году!

— А что такого, сэр? Вкус по-прежнему как у кукурузного пюре.

— За исключением того, что это тушёнка!

— Тогда это проблема.

— Как говорила моя мама: «Сытый мужчина — счастливый мужчина».

— А наша мама говорила: «Нате 10$ на пиццу — обеда не ждите».

Это крыса. Поверь, ты ел блюда и похуже, я подавал тебе такое, к чему лично я бы и в жизни не прикоснулся, а ты проглатывал их за милую душу.

— Ты есть-то будешь?

— Ну, а если буду?

— Тогда, на-ка, быстренько почисти лук.

Какое счастье, какое счастье! Мне хочется кричать во все горло. Боже мой, какое счастье!

Прибавили хлеб! И еще сколько. Какая разница: 125 грамм и 200 грамм. Служащие и иждивенцы 200 грамм, рабочие 350 грамм.

Нет, это просто спасение, а то за последние дни мы так все ослабли, что еле передвигали ногами. А теперь, теперь и мама, и Ака выживут. Вот в чем счастье, а еще в том, что это является началом начинающегося улучшения. Теперь начнутся улучшения.

— Ты когда-нибудь слышал про ПДД?!

— Не ел такого блюда.