еда

— Угощайся, — великодушно предложил он сестре. — Мне все равно столько не съесть.

Дорогая, ты пропустила наш первый семейный ужин и улеглась в постель после бокала бренди, как заправский алкоголик.

Нет, ну почему они все сжимают ключи? Или записки? Или карточки? Почему в предсмертной муке никто не может схватить сандвич?! Я умираю с голоду.

— Знаешь поговорку: «Самое малое, что можно пожелать тому, кто хочет умереть — это надгробный крест с его именем». Скажи имя, и ты его получишь.

— Меня зовут Троица. Правая рука дьявола.

— Сколько я вам должен?

— Ни... ничего. Подарок от заведения.

— Спасибо. Все равно, бобы были так себе.

Съешь печенье, оно впитает твой спирт.

«После трех блюд еще есть место десерту» — вот мой девиз.

Я скажу так, если цветные что и умеют делать, так это готовить свиней! Нет, ну не то чтобы белые не умели их готовить, просто их мозг занят более важными вещами. Такими, как править миром, осваивать космос.

Я предпочитаю есть то, у чего нет глаз. Глаза — это душа, а то, в чем есть душа, вряд ли может быть полезно для тела.

— Шелдон, я знаю, что сегодня день тайской кухни, поэтому я купила всё необходимое на азиатском рынке и всё сама приготовила.

— Ой, ну не стоило.

— Да мне это только в радость.

— Нет, я к тому, что зря старалась. Всё свое ношу с собой.

— Вы заехали за тайской кухней?

— У меня не было выбора, он легался в спинку моего сиденья.

— Шелдон, я весь день провела у плиты.

— И, наверное, очень глупо себя чувствуешь, да?

... Как я неправильно питаюсь!

(А правильно и не пытаюсь.)