душа

У меня есть то, что куда больше и важнее моего сердца. Это нельзя увидеть, но оно есть. Благодаря этому я могу подниматься на ноги и идти дальше, что бы ни произошло. Если я сейчас не пойду туда... оно сломается. Моя душа. Она сломается. Я бы предпочел, чтобы у меня остановилось сердце, нежели я бы потерял эту важную часть себя. Даже когда я стану дряхлым стариком с горбом на спине, моя душа останется прямой.

Ты уйдешь тихо и спокойно, но вот куда? На небеса?

Моя душа тоже развеется по ветру, словно дым заморских сигарет.

Ты уйдешь, не сказав ни слова, но вот куда? К подножью мира?

Тебя тогда смогу узнать я лишь по тому, как ты поешь.

И, словно полуденный сон, твой образ растворится в облаках.

Свет озарит мой дом

Тихим безоблачным днем

Я обрету покой

Освобожусь душой

От всех стальных цепей

И призрачных оков

И я пойду туда

Куда ведёт мой Бог.

Город потерянных душ,

Непролитых слёз,

Впитает всё без остатка.

Город потерянных душ,

Где мы на износ

С тобою играем в прятки.

Молва за нами парами следует, словно тень.

Чужие люди учат нас, кто мы и как нам жить.

А я любить посмела без памяти, как в последний день,

И не понять тем, людям, вовеки моей души.

Не надо в себе всё это таскать! Если ты что-то почувствовала, сразу берешь это и озвучиваешь. Неважно – хорошее, плохое... Просто берешь и озвучиваешь! Наша душа – это не библиотека: там нет полок!

Кто-то спросил Демонакта, считает ли он, что душа бессмертна.

— Бессмертна, — ответил он, — но не более, чем все остальное.

Найти в человеке плохое куда легче, чем заметить хорошее. Добродетели куда сложнее пороков. Последние сосредоточены в одной частице души, как прилипший комок грязи. Добродетели же и таланты сродни облачку, они пронизывают каждую частичку человеческой души. Они неуловимы, как воздух...

Поскольку люди стоят выше животных, то есть, поскольку люди наделены личностью и душой, им ведомо отчаянье. Не познав отчаяния, не познаешь и надежду.