цитаты о себе

Я был очень туп в свои четырнадцать, но у меня не было ни фейсбука, ни твиттера, поэтому об этом мало кто знал.

Сколь­ко бы я ни пи­ла, там, внут­ри, всег­да есть трез­вая я. Ко­торая всег­да чёт­ко ви­дит, в ка­ком я сос­то­янии. Сколь­ко бы я ни сме­ялась, сколь­ко бы ни ве­сели­лась, я всег­да под­созна­тель­но чувс­твую, что это не я.

Где бы я ни был, во мне борются чудовище и архангел. Чаще побеждает чудовище...

Мне некомфортно, когда приходится раздеваться на площадке. Пусть уж лучше торт в лицо кинут.

Обожаю раскладывать все по полочкам.

Я ничего не делаю напоказ. В моих соцсетях если и появляется реакция на события, то только потому, что не появиться уже не может. Когда случилась беда с Серебренниковым, я об этом написала. Когда случилась беда с журналистом Голуновым, которому наркотики подкинули, я об этом написала. Можете называть это политическим жестом, можете называть это сердечной болью еврейской мамочки. Но чем отличается гражданская позиция от сердечной боли? Ничем.

Всего их было одиннадцать  — одиннадцать разных работ в моей жизни. Я работал в порту, работал банковским клерком, работал плотником, а еще я фасовал на ферме горох.

Я знаю одно — я никогда не планировала ничего, что когда-либо случилось со мной.

Я совершенно уверена в том, что люди не хотят видеть меня в бикини.

В молодости я считал себя гедонистом. Мне хотелось веселья, я пил, тусовался по клубам, трахался. Но так и не выстроил отношений ни с миром, ни с самим собой.