человечество

Если бы один человек мог идеально дополнить другого человека, то зачем были бы нужны все остальные люди на планете? Хватило бы и двоих. Ничего лишнего на нашем земном шарике не задерживается – слишком велика конкуренция. Если все эти люди – ну, то есть, мы – почему-то здесь собрались – значит, мы идеально дополняем друг друга, все вместе, ровно такой тусовкой. Один человек не в состоянии заменить всех, его просто разорвёт от такой чудовищной ответственности.

Когда определенное число людей достигает определенной степени развития, развивается и весь род человеческий.

Благодаря общению с морем как никогда остро воспринимается незначительность в этом мире и меня самого, и всего человечества.

Только тогда, когда мы сожрем эту планету, Бог подарит нам другую. Мы запомнимся потомкам не тем, что создали, а тем, что разрушили.

Распространение цивилизации можно сравнить с огнём, сначала это слабая искра, затем мерцающий огонёк, а потом могущественное пламя, наделённое скоростью и силой.

Создатель сотворил мир и затем оставил человечество, чтобы оно само выбрало, во что превратить мир: в рай или в Бездну Рока.

Люби человечество сколько тебе угодно, но не требуй взаимности.

Было некогда содружество подлецов, то есть это были не подлецы, а обыкновенные люди. Они всегда держались вместе. Если, например, кто-то из них подловатым образом делал несчастным кого-то постороннего, не принадлежащего к их ассоциации, — то есть опять-таки ничего подлого тут не было, все делалось как обычно, как принято делать — и затем исповедовался перед содружеством, они это разбирали, выносили об этом суждение, налагали взыскание, прощали и так далее. Зла никому не желали, интересы отдельных лиц и ассоциации соблюдались строго, и исповедующемуся подыгрывали: «Что? Из-за этого ты огорчаешься? Ты же сделал то, что само собой разумелось, поступил так, как должен был поступить. Все другое было бы непонятно. Ты просто перевозбужден. Приди в себя!» Так они всегда держались вместе, даже после смерти они не выходили из содружества, а хороводом возносились на небо. В общем, полет их являл картину чистейшей детской невинности. Но поскольку перед небом все разбивается на свои составные части, они падали поистине каменными глыбами.

Человечество является скорее средством, а не целью. Человечество является просто подопытным материалом.

Когда на нашей планете человеку есть что сказать, трудность заключается не в том, чтобы заставить его сказать, а в том, чтобы помешать ему высказывать свои мысли слишком часто.