— Ну и аппетиты у тебя, — покачав головой, отметил курфюрст.
— Мне врач прописал больше кушать, говорит, что я очень худенький...
— Ну и аппетиты у тебя, — покачав головой, отметил курфюрст.
— Мне врач прописал больше кушать, говорит, что я очень худенький...
Утром я ничего не мог есть. Только выпил две чашки чаю с хлебом и маслом, с картошкой и сосиской. Потом пошел в школу.
«Странно... Куда исчезают слова?» — подумал Скорятин. В детстве он слышал постоянно: «Гена, не перебивай аппетит!», «Гена, положи печенье на место!», «Гена, не подходи к варенью, перебьёшь аппетит!» Этот самый аппетит казался беззащитным пресмыкающимся, которому легко можно перебить спинной хрящик — и тогда наступит голодная смерть. Теперь про аппетит никто и не вспоминает. Даже не слышно, чтобы какая-нибудь мамаша крикнула ребенку, уплетающему вредную сладость: «Брось! Перебьёшь аппетит!»
Есть люди, которые всегда и повсюду закусывают. Даже в ад они прихватят с собой бутерброды.
Аппетита не было — да и появится ли он теперь? Тем не менее я заставил себя поесть досыта. Организм, в конце концов, не виноват в моем душевном смятении.