— Ну и что теперь?
— Вот так всегда: сначала бьют, потом спрашивают... Хотя я, конечно, подлил немного масла в огонь.
— Арес? Зачем ты здесь?
— Я питаюсь раздором. До сегодняшнего дня я голодал. Я почувствовал агрессию и нашёл её источник.
— Более того, ты привёл нас сюда.
— Это был не я, но могу догадаться, кто это сделал.
— Не нужно разжигать мой гнев, Арес! Скажи мне, кто это.
— Считаешь, что можешь мной командовать?
— Да! И ты мне подчинишься!
Война в Ираке — поучительный случай. Она была продана запуганной общественности под обычным предлогом самообороны против внушающей трепет угрозы выживанию: «единственным вопросом» провозглашённым Джорджем У. Бушем и Тони Блэром, был — прекратит ли Саддам Хуссейн свои программы разработок оружия массового поражения. Когда на единственный вопрос последовал неправильный ответ, правительственная риторика без труда сменилась на «стремление к демократии», и выработало соответствующие этому мнению курс; всё обыденно. Позднее, когда масштабы поражения США в Ираке стало трудно скрывать, правительство спокойно признало то, что было ясно с самого начала. В 2007-2008 администрация официально объявила, что окончательное решение должно гарантировать США военные базы и право на проведение боевых действий, и должно давать привилегии в богатом энергетическом секторе американским инвесторам — требование, от которого пришлось позднее отказаться перед лицом иракского сопротивления.
— Если бы только дождь перестал колотить меня по голове, — заговорил Пикар. — Хоть на несколько минут. Просто чтобы я вспомнил что такое покой.
Он сжал голову обеими руками.
— Помню, в школе за мной сидел один изверг и щипал, щипал, щипал меня каждые пять минут. И так весь день. Это длилось неделями, месяцами. Мои руки были в синяках, кожа вздулась. Я думал, что сойду с ума от этого щипанья. И он меня довёл. Кончилось тем, что я действительно взбесился от боли, схватил металлический треугольник для черчения и чуть не убил этого ублюдка. Чуть не отсёк ему башку, чуть не выколол глаза, меня еле от него оторвали. И всё время кричал: «Чего он ко мне пристаёт?» Господи! — Дрожащие руки всё сильнее стискивали голову, глаза были закрыты. — А что я могу сделать сейчас? Кого ударить, кому сказать, чтобы перестал, оставил меня в покое? Дождь, проклятый дождь, не даёт передышки, щиплет и щиплет, только и слышно, только и видно, что дождь, дождь, дождь!
Агрессия — это мотивированное нанесение вреда. Слово «мотивированное» очень важно: агрессивное действие всегда намеренное, а не случайное. Поэтому даже бездействие — например, когда человек, умеющий плавать, сидит и смотрит, как кто-то тонет, — проявление агрессии. Насилие — также мотивированное действие, однако это не нанесение вреда, а принуждение. Мы все в той или иной мере жертвы насилия: родители загнали нас в школу, научили завязывать шнурки, пользоваться ножом и вилкой. Всё это было нам навязано, пусть и из лучших побуждений.
— Мисси, какие твои планы после школы, раз ты не собираешься в колледж?
— Не знаю.. позависать с парнем, моделью типа стать, всякое такое.. играть в группе с друзьями.
— У меня тут отчеты о твоих оценках за два месяца и знаешь что тут? Два-два-два, два-два.
— Два-два.. да.
— Это значит, что тебе все равно.
— Ну, вы гений. Я пойду?
— Ты узколобое, отвратительное создание. Хочешь правду? Во-первых. Ты не будешь играть в группе и моделью ты тоже не будешь, потому что у тебя нет амбиций. С твоими знаниями ты попадешь в восемьдесят процентов контингента который пашет за минимальную зарплату. И ты будешь так пахать до конца своей трудовой жизни пока тебя не заменит компьютер.
— Плевать.
— Во-вторых. Единственный твой талант — это позволять себя трахать. Твоя жизнь превратится в нескончаемый круговорот боли. И когда ты не сможешь больше терпеть... ни дня, ни часа — станет еще хуже. Намного хуже. Я каждый день прихожу на работу и смотрю как вы сами себя погружаете в дерьмо! Легко не о чем не думать. Но на то, чтобы что-нибудь хотеть нужна смелость! И характер! Но у тебя ничего этого нет! Пошла вон! Убирайся!
Это был эпатаж, чисто символическая бомбежка, призванная показать, что наши западные партнеры — не «бумажные тигры». Но они на самом деле лишний раз подчеркнули, что они — «бумажные тигры».
Если есть время, лучше дождаться атаки противника, — он в момент атаки волей-неволей раскроется. Агрессор всегда подвергает свою жизнь большей опасности, чем обороняющийся, — это закон.
Cлайд с цитатой