Ичиго Куросаки

— Я, то есть он, использовал моё тело, чтобы Иноуэ и эту дуру Тацуки по... пу..

— Кажется, он их поцеловал.

— Ааааааа! Не произноси этого вслух! Какой позор!

— Поцелуй — это что-то вроде приветствия. Ничего особенного... В книжке, которую я тут прочитала, и похлеще штуки вытворяли!

Я буду с тобой сражаться, но не руками, а словами.

Знаешь, почему старший брат рождается первым? Чтобы защищать младших братьев и сестёр.

Так вот что значит вернуться в Общество Душ. Ты исчезаешь из этого мира, из памяти людей. И сам факт её существования растаял в воздухе. Уже почти растаял...

Я снова могу видеть духов. Я могу до них дотронуться. Я могу с ними говорить. Вот так вот. Иногда они просто исчезают. Я не знаю, почему. Иногда остается пятно крови, которое только я могу увидеть, вместе с чувством, похожим на боль.

Неважно, насколько сильным я стал, я не могу защитить их. Когда я думаю об этом, мое сердце похоже на лезвие.

— К тому же у меня нет причин сражаться с тобой!

— Чтобы сражаться, тебе нужна причина?

Если бы меня волновало мнение других людей, то я давно бы уже покрасил волосы в другой цвет.

Если не веришь в силы товарищей, не лезь в бой — проиграешь.

— Так, и что это?

— Это специальная тонизирующая пилюля, выдаваемая членам четвертого отряда для того, чтобы те, кто выдохся, могли продолжать работать.

— Вообще-то на ней нарисован череп, чувак. Ты уверен, что тебе не соврали?