11 Доктор

— Полковник Мантон, прикажите своим людям отступить.

— Нет! Полковник Мантон, я хочу, чтобы вы велели своим людям бежать.

— Что?

— Это слово такое «бежать». Я хочу, чтобы вы стали известны этим словом. Я хочу, чтобы вас называли «полковник-беглец». Я хочу, чтобы под вашей дверью смеялись дети, потому что нашли дом «полковника-беглеца». И когда к вам придут и спросят: «Хороша ли идея, добраться до меня… через дорогих мне людей…», я хочу, чтобы вы назвали им свое имя. Надо же, я разъярен… что-то новенькое. Я действительно не знаю, что сейчас будет…

— Гнев хорошего человека — не проблема. У хорошего человека слишком много правил.

— Хорошим людям правила не нужны. Сегодня не тот день, чтобы проверять их наличие.

Сегодня мы спешим на помощь в самое страшное место Вселенной — детскую комнату.

— Я кое-что сделаю…

— Сделаешь что?

— Ещё не знаю, разработка в процессе, надо уважать чужой труд!

Я сейчас там наверху говорю и делаю очень умные вещи, и никто не стоит рядом с восхищенными лицами. Тогда какой смысл брать вас всех с собой?

Это все исчезает, нет? Всё, что ты есть, исчезает в один миг, словно свежее дыхание на зеркале. Мы все меняемся, когда думаем об этом. Мы все разные люди. Но времена меняются, и я тоже. Я не забуду ничего. Ни один день. Я всегда буду помнить, что когда-то доктором был я.

— Кем бы вы ни были, вы только что спасли мне жизнь.

— Поверьте мне, это случайно вышло.

— Это просто смертельная ловушка.

— Нет, это бомба с часовым механизмом. Ну ладно, это смертельная ловушка с часовым механизмом.

— Что ты делаешь?

— Бегу в тупик, по прибытии куда, мне в голову придет гениальный план который, по сути, будет в том, чтобы не быть в тупике.

Все, что ты хочешь сказать, можно говорить и при Кларе… Ну, в основном, примерно половину… или чуточку меньше… да. Вообще-то, Клара, не могла бы ты подождать меня?