Великий Гэтсби

А теперь, похвалившись своей терпимостью, я должен сознаться, что эта терпимость имеет пределы.

Он такой олух, не замечает даже, что живет на свете.

Это был чистый вздор. Во мне не было ничего даже отдаленно напоминающего розу.

Должно быть, и в самом деле было что-то романтическое в этом человеке, если слухи, ходившие о нем, повторяли шепотом даже те, кто мало о чем на свете считал нужным говорить, понизив голос.

Поведение человека может иметь под собой разную почву — твердый гранит или вязкую трясину; но в какой-то момент мне становится наплевать, какая там под ним почва.

— Странное совпадение, — сказал я.

— А это вовсе не совпадение.

— То есть как?

— Гэтсби нарочно купил этот дом, так как знал, что Дэзи живёт недалеко, по ту сторону бухты.

Злые языки утверждали, что шепоток Дэзи — уловка, цель которой заставить собеседника наклониться к ней поближе; бессмысленный навет, ничуть не лишающий эту манеру прелести.

— У Дэзи нескромный голос, — заметил я. — В нём звенит… — Я запнулся.

— В нём звенят деньги, — неожиданно сказал он. Ну конечно же. Как я не понял раньше. Деньги звенели в этом голосе — вот что так пленяло в его бесконечных переливах, звон металла, победная песнь кимвал… Во дворце высоком, беломраморном, королевна, дева золотая…

Важно быть человеку другом, пока он жив, а не тогда, когда он уже умер.