И вспыхнет пламя

Однако не стоит недооценивать вред, который могут нанести человеческие ногти, особенно если застать жертву врасплох.

Я лучше Китнисс держусь перед камерами. Мне не нужны советчики. Нужно только одно — знать, во что ввязываюсь!

Он притягивает меня ближе и прячет свое лицо у меня в волосах. Я чувствую тепло там, где его губы просто касаются моей шеи, оно медленно растекается по всему моему телу. Это так хорошо, так невероятно хорошо, что я понимаю, что не смогу отпустить его первой.

— Слушай, а почему я не чувствую, когда ты видишь плохие сны?

— Трудно сказать. Кажется, я не мечусь и не вскрикиваю. Наоборот, просыпаюсь — и словно цепенею от ужаса.

— Будил бы меня, — говорю я, вспомнив, как сама тормошила его дважды, а то и трижды за ночь. И как долго ему приходилось меня успокаивать.

— Зачем? — возражает Пит. — Чаще всего я вижу, что потерял тебя. Открываю глаза — ты рядом, и все хорошо.

Думаете, человек, не один год засыпающий с ножом в руке, должен уметь им пользоваться? Как бы не так: дрожащие руки не могут бросить его даже в стену дома.

Утратить лучшего друга, единственного на свете человека, с которым можно делиться секретами... Нет, это слишком ужасно.

Самый дурацкий ответ: «Я знаю». Звучит ужасно. Дескать, понимаю, ты в этом не виноват, однако не вздумай чего-то ждать от меня.

Прежде чем с головой окунуться в новую жизнь, лучше заранее подумать о последствиях.

— Серьёзно? По-твоему, я не свихнулась? Ты правда со мной?

Словно гора с моих плеч свалилась. На плечи Гейла.

— По-моему, ты, конечно, свихнулась, но я с тобой.

Я привык изливать свои чувства в работе, так что если и сделаю больно, то себе одному.