— Да, может быть, ты прав... Но совесть?
— Совесть?
А что это? Мозоль? Так я хромал бы.
Нет, я такому богу не молюсь.
Когда бы между мною и Миланом
Не совесть — двадцать совестей легло,
Как ледники или озера лавы,
Я все равно бы их перешагнул.
— Да, может быть, ты прав... Но совесть?
— Совесть?
А что это? Мозоль? Так я хромал бы.
Нет, я такому богу не молюсь.
Когда бы между мною и Миланом
Не совесть — двадцать совестей легло,
Как ледники или озера лавы,
Я все равно бы их перешагнул.
Нет, поручусь, — он виселицей кончит,
Хотя бы все моря и океаны
Уговорились потопить его!
Мне был бы ненавистен этот труд,
Когда бы не она. Она способна
Смерть сделать жизнью. Муку — наслажденьем.
Что такое ночь... спать до следующего дня, попытаться отоспать свою усталость, чтобы быть в силах справиться с тем, что не желаешь больше продолжать, укрыться в объятиях осторожной маленькой смерти, которой ты не противишься на столько-то и столько-то много часов, а если просыпаешься — то лишь на считанные секунды.
О, если б знал ты, как мечту лелеешь,
Смеясь над ней. Чем дальше ее гонишь,
Тем ближе и настойчивей она.
Что тянет неудачников на дно?
Их собственная лень и трусость.
Надежды нет! — вот в этом и надежда!
Ведь безнадежность и дает тебе
Такую величайшую надежду,
Что даже честолюбие робеет
И на нее взирает боязливо.
Они
Друг другом очарованы. Но должно
Препятствия создать для их любви,
Чтоб легкостью её не обесценить.
Те, кому жалко подать грош безногому калеке, охотно выложат в десять раз больше, чтобы поглазеть на мертвого индейца...
Антонио:
Он своей болтовней способен творить чудеса.
Себастьян:
Поднимать из праха дома и крепостные стены.
Антонио:
Какое еще несбыточное дело окажется для него легче легкого?
Себастьян:
Наверно, он положит этот остров себе в карман и отвезет сыну в подарок вместо яблока.
Антонио:
А зернышки посеет в море, и из них вырастет целая куча островов.