Лада Лузина

Но неужели вы и правда считаете, что являетесь первым человеком Земли, который решает подобные вопросы? — спросил он со скукой. — Их решали миллионы до вас. И, что интересно, решили. Иные описали свои решения в книгах. Но человечество похоже на умалишенную бабу, которая день за днем вновь и вновь изобретает рецепт борща, ошибается, варит жуткое пойло, пробует его, мучается несварением, рвотой, поносом, а по утру начинает все наново... вместо того, чтобы снять с полки книгу и прочесть там рецепт..

Тот, кто хочет, всегда найдет возможность, кто не хочет — отмазку...

Романтично вздыхая про себя, я нисколько им не завидовала. Не потому, что я святая, — нет. Из-за отсутствия искушения.

Какой бы справедливой ни казалась нам кара, в процессе ее преступник теряет только свою жизнь, а палач — душу...

У тебя лицо исполосовано ненавистью. Если с такого лица выпить воды — отравишься.

Счастливы мелкодушные — они не рискуют захлебнуться от боли.

Однажды ты понимаешь, что существуют люди, которых нельзя заменить. Они настолько важны для тебя, настолько часть тебя, что когда они уходят, внутри тебя навсегда остаются дыры — пустоты. Провалы! И порой ты почти физически ощущаешь, как по одной из таких дыр пробегает сквозняк.

Любовь, какой бы она ни была, выбрасывает на берег лишь то, что у вас внутри.

Но любовь не меняет людей. Она проходит, а люди остаются прежними. Любовь проходит, как проходит лето, а дома стоят там же, где стояли, и деревья растут на прежнем месте, и всё так же ходят трамваи и троллейбусы. Только небо — серое, и ветви — чёрные, и холод пронизывает тебя насвкозь. Да, будет новое лето — новая любовь. Но уже не со мной. А нашу невозможно удержать — вечное лето бывает только в Африке.

Человек в течение своего земного существования переживает множество смертей. Смерть иллюзий, смерть страстей, смерть своих страхов и слабостей. Эти смерти, по сути, и составляют его жизнь. И только прожив их все, умерши и воскреснув тысячу раз, он может не бояться ни жизни, ни смерти.