Иоганн Вольфганг Гёте

Ах, друг мой, молодость тебе нужна,

Когда ты падаешь в бою, слабея;

Когда спасти не может седина

И вешаются девочки на шею;

Когда на состязанье беговом

Ты должен первым добежать до цели;

Когда на шумном пире молодом

Ты ночь проводишь в танцах и веселье

Но руку в струны лиры запустить,

С которой неразлучен ты все время,

И не утратить изложенья нить

В тобой самим свободно взятой теме,

Как раз тут в пользу зрелые лета,

А изреченье, будто старец хилый

К концу впадает в детство, – клевета,

Но все мы дети до самой могилы.

Иной закон из рода в род

От деда переходит к внуку.

Он благом был, но в свой черёд

Стал из благодеянья мукой.

Вся суть в естественных правах.

А их и втаптывают в прах.

Мне повсюду одинаково плохо и одинаково хорошо. Я ничего не хочу, ничего не прошу. Мне лучше уйти совсем.

Я богословьем овладел,

Над философией корпел,

Юриспруденцию долбил

И медицину изучил.

Однако я при этом всем

Был и остался дураком.

Назвать Его кто смеет откровенно?

Кто исповедать может дерзновенно:

Я верую в Него?

Кто с полным чувством убежденья

Не побоится утвержденья:

Не верую в Него?

Он, вседержитель

И всехранитель,

Не обнимает ли весь мир -

Тебя, меня, себя?

Не высится ль над нами свод небесный?

Не твердая ль под нами здесь земля?

Не всходят ли, приветливо мерцая,

Над нами звезды вечные? А мы

Не смотрим ли друг другу в очи,

И не теснится ль это все,

Тебе и в ум и в сердце

И не царит ли, в вечной тайне,

И зримо и незримо вкруг тебя?

Наполни же все сердце этим чувством

И, если в нем ты счастье ощутишь,

Зови Его, как хочешь:

Любовь, блаженство, сердце, Бог!

Нет имени ему! Всё — в чувстве!

А имя — только дым и звук,

Туман, который застилает небосвод.

Вы не хотите мне внимать?

Не стану, дети, спорить с вами.

Чёрт стар, и чтоб его понять,

Должны состариться вы сами.

Здесь, в пиру, не выходите

Из границ, жалеть придётся!

Помните про тонкость нити,

Перетянете — порвётся.