Дмитрий Емец

Поскреби циничного пресыщенного москвича и найдешь здорового провинциала.

Если бы люди были способны учиться на своих ошибках, они не были бы в такой помойке.

Железные женщины не любят казаться слабыми. От слабости они ржавеют.

— Мы уже куда-нибудь прилетели? — томно спрашивала она через каждые пять минут.

— Нет, — отвечал Бульонов, наклоняясь к ней.

— Я так и думала. И что, мы высоко?

— Высоко.

— Я так и думала. Внизу что-нибудь видно?

— Облака, а под ними ещё облака. Ты глаза не хочешь открыть?

— Я так и думала. Этот человек хочет, чтобы я грохнулась...

Врут только откровенно глупые женщины. Те, что поумнее, настолько верят своей лжи, что она становится для них правдой.

Повторенье не только мать ученья, но и родственница занудства.

И так все, кто имеет отношение к Эдему. Там все очень чистое, радостное, наивное, любящее тебя без меры. Допустим, ты скажешь там лошади: «Умри!». Просто так, в шутку, а она уже лежит мёртвая.

— Почему? Может я ради прикола сказал? — не понял Мефодий.

— А лошади приколов не понимают. Твое слово для неё закон. Ты сказал ей «умри!», и она, не задумываясь, просто от любви к тебе умерла.

Да, я в самом деле очень милая. Некоторые, правда, осмеливаются называть меня толстой, но они, как правило, долго не живут, и их можно в расчет не принимать...

Не слишком напрягайся запоминать, что я буду говорить. Что надо — в мозгах все равно отложится. Что не отложится, то, значит, не главное. Голова, она как друшлаг: мелкое проваливается, а важное застревает.