Из любой ситуации есть три выхода: ты можешь принять решение что-то сделать, ты можешь принять решение ничего не делать... а можешь решить не принимать никакого решения. От последнего ничего не жди, это выбор слабого и дурака.
Плодоносным обычно считали то, что было злободневным для данного общественного устройства.
Каждый день, каждую минуту, а порой и ежесекундно мы принимаем какое-то решение — важное или неважное, простое или сложное. Это как дыхание, понимаете? Человек не может не дышать, он умрет. И жить, не производя каждую минуту тот или иной выбор, человек не может тоже. Иначе он застынет, как буриданов осел меж двух охапок сена. И умрет — не от голода, а от мыслительного ступора.
Мужчины! Она не могла понять, почему так много женщин их боится. Разве боги не создали их с наиболее уязвимой частью организма, болтающейся между ног, как кишка, которой не хватило места в животе?
— Я знаю, когда твое сердце лжет. Да, Эми Понд.
— Просто заткнись и оставь меня в покое.
— Ладно. А ты, которая в другом мире... Доктор обожает рыженьких. Он рассказывал тебе о Елизавете I? Вернее, она думала, что она первая...
— Хватит. Прекрати, я знаю кто ты.
— Ну конечно не знаешь.
— Ну конечно знаю. Не знаю только как ты оказался здесь. Но есть только одна личность во Вселенной, которая ненавидит меня так же, как и ты.
Воин сомневается и размышляет до того, как принимает решение. Но когда оно принято, он действует, не отвлекаясь на сомнения, опасения и размышления. Впереди – еще миллионы решений, каждое из которых еще ждет своего часа. Это путь воина.
Настоящая любовь, как любой другой тяжёлый наркотик, к которому развивается привыкание, скучна… как только открытие сделано, поцелуи быстро плесневеют, а ласки надоедают… Разумеется, речь идёт не о тех, кто разделяет эти поцелуи, кому предназначены эти ласки, от которых окружающий мир становится красивее и ярче. Как и в случае с тяжёлым наркотиком, настоящая первая любовь по большому счёту интересна только её пленникам.
И как любой тяжёлый наркотик, к которому развивается привыкание, настоящая первая любовь опасна.
История множеством примеров доказывает, что многие из тех, кто был совершенно убеждён в правоте своих поступков, на самом деле совершали страшные преступления. Помни, Эрагон: никто не захочет самого себя считать мерзавцем, и лишь очень немногие способны принять решение, которое сами же считают ошибочным. Тебе может не нравиться сделанный тобой выбор, но ты все равно будешь его защищать, ибо даже при самых худших обстоятельствах веришь, что только так и можно было поступить в тот или иной конкретный момент.
Каждое последующее решение ставит вас перед новым выбором. Иногда этот выбор меняет все.
Последствие покупки плохо сидящих джинсов в то время, когда везде продается только один тип джинсов — это когда вы недовольны и спрашиваете «Почему, кто виноват?», ответ очевиден. Мир виноват, что вы могли поделать?
Когда доступны сотни различных фасонов джинсов, и вы покупаете одни и покупка вас разочаровывает, вы вопрошаете «Почему, кто виноват?». Ответ настолько же очевиден — «вы». Вы могли сделать лучший выбор. Когда на витрине сотни различных фасонов, нельзя найти оправдание ошибке.
Точно так же, когда люди делают выбор, несмотря на то, что выбор хорош, они чувствуют разочарование и винят себя в этом.
... жизнь человеческая почти вся состоит из того, чтоб делать выбор да уплачивать по счетам. Выбор иногда бывает поганей некуда, но это еще не дает человеку права увиливать — особенно когда надо для других сделать то, чего сами они сделать не могут. Ну тогда делаешь выбор получше, насколько можно, а потом платишь цену.
Cлайд с цитатой