Если Вы хотите что-то тотчас же забыть, запишите, что об этом следует помнить.
Кладбище – не ресторан, здесь неуместно отобедать за столиком.
Если Вы хотите что-то тотчас же забыть, запишите, что об этом следует помнить.
Написать хороший роман — это как нарисовать картину размером со стену кисточкой для ресниц.
— Джордж, — сказал он. — Дело касается моего сына.
— Молодого Артаксеркса Шнелля?
— Именно так. Он сейчас второкурсник университета Тэйта, и с ним там не всё в порядке.
Я прищурился:
— Он связался с дурной компанией? Залез в долги? Попался на удочку потрёпанной официантке из пивного бара?
— Хуже, Джордж! Гораздо хуже! — с трудом выговорил Антиох Шнелль. — Он мне сам никогда этого не говорил — духу не хватило: но ко мне пришло возмущённое письмо от его однокурсника, написанное строго конфиденциально. Старый мой друг, Джордж, мой сын — а, ладно! Назову вещи своими именами. Джордж, он изучает вычислительную математику!
— Изучает вычис... — Я был не в силах этого повторить. Старый Антиох Шнелль безнадёжно и горестно кивнул:
— И ещё политологию. Он ходит на занятия, и его видели с книгой.
— О Боже! — только и смог я произнести.
— Я не могу поверить такому про моего сына, Джордж. Если бы об этом услышала его мать, её бы это убило. Она очень чувствительна, Джордж, и у неё слабое сердце. Я заклинаю тебя старой дружбой, съезди в университет Тэйта и выясни, в чем дело. Если его заманили стипендией — приведи его в чувство как-нибудь — не для меня, а ради его бедной матушки и его самого.
Я могу умереть от клинка серийного убийцы, но я не собираюсь умирать от голода. Давайте возьмем пиццу.
У меня был девиз: главное — пусть о Дали говорят. На худой конец, пусть говорят хорошо.
Ты прогуливал школьные занятия, что очень нехорошо. А как экскурсия, так, значит, сразу прибежал.
Светофоры, дайте визу, едет «скорая» на вызов.
Кто-то на Пушкарской задыхается,
Есть тревога на лице, есть магнезия в шприце,
Щас она там быстро оклемается.
Это не для развлечения, эффективней нет лечения,
Чем её подслойное введение.
После десяти кубов если ты не стал здоров,
Значит, это недоразумение.
Прилетаем, открывает, голосит: «Я умираю,
Вас дождёшься, раньше в гроб уляжешься».
Срочно в жилу димедрол, в рот привычно валидол!
«Доктор, мне, уж, лучше, Вам не кажется?»
Мой сын, с присущей ему наивной точностью, определил экспертов как врачей, чьи пациенты никогда не болеют по ночам и по выходным.
— А ну-ка, выйдем.
— Сначала оплати свой счет.
— Потом оплачу.
— Потом уже не сможешь.
— Ты думаешь?
— Постоянно. И тебе советую.