— Братик, а как тебя зовут?
— Чтобы избежать проблем в будущем, лучше оставаться анонимным.
— А ты плохой человек.
— И у тебя хватило смелости явиться сюда?! Он говорил, что хочет со мной встречаться! Я была так рада, было так весело! Но он отброс загробной жизни! Голову оторву!
— Какое у нее сложилось о нем твердое мнение...
— Сказано на эмоциях, но в целом по делу.
— Сюда грешников ссылают... за преступления, совершенные в пьяном виде. Самое ужасное — они забывают, что натворили, и не раскаиваются в этом.
— Трудно ответить за то, чего не помнишь.
— Такова природа человека.
— Что бы вы сделали, поймай вы ребенка за кражей?
— Исправил бы.
— Поговорил бы и сказал родителям.
— Бил бы до крови из носа.
— Думаю, обычно Ходзуки судит, а господин Энма — нейтральный.
— Небось живешь жирнячно, да?
— Я? Ты вообще про что?..
— Ты спишь на шелке? И всяким золотым говном обливаешься? Ты богатый!
— Я от всего этого отказался. Хотя по золотому говну время от времени скучаю.
— Что, правда, отказался? Знала, что ты не такой плохой.
Если есть кому дать в репу, пристрелить, или еще что-нибудь, то скажи, я все сделаю, до конца жизни буду делать, а вот как мы с тобой будем солнце чинить?
Давным-давно я вёл одну программу, приходит такой известный российский актер и я его спрашиваю: «Кого вы считаете выдающимися актерами двадцатого века?»
Он так сел и сказал: «Нас немного...»
Его рост доходил до ста восьмидесяти пяти сантиметров, и с такой высоты ему легко и удобно было относиться к теще с некоторым пренебрежением.
Cлайд с цитатой