— Я кое-что хотел тебе сказать, но у меня не было возможности... Если бы тебя сбил автобус, я бы очень скучал по тебе!
— Это всё? Окей! Сегодня будешь мыться один в душе!
— Я кое-что хотел тебе сказать, но у меня не было возможности... Если бы тебя сбил автобус, я бы очень скучал по тебе!
— Это всё? Окей! Сегодня будешь мыться один в душе!
С каждым ливнем приходит надежда, что однажды утром всё снова станет чистым и самые застаревшие пятна исчезнут, как сомнения в его невиновности, или как результат его ошибки, или как рана от его предательства, или как память от его поцелуев. Поэтому мы ждём, чтобы пошёл ливень, надеясь на лучшее, даже если мы знаем, что в наших сердцах некоторые пятна отпечатались навсегда, и ничто их не смоет.
Над могилой моей не рыдай,
Я ушла в заоблачный край.
Я прилетаю к вам во сне,
Сверкаю в снежной белизне.
Я с вами солнечным светлым днем,
Лечу к вам ветром и дождем.
Над могилою моей не рыдай,
Я не там, я везде, так и знай.
— Рита, я хочу чтобы слово «педофил» выделялось. Есть что поярче?
— Напиши «педрило», будет страшней.
Самый беспомощный и потерянный человек — это тот, кто заблудился в коридорах собственной памяти — туда никто не может добраться, чтобы спасти его.
Дорогие матери, отцы, братья и сестры!
Счастье нашей встречи безмерно. Ликует сердце каждого советского человека. Радость поет в сердцах! Эту радость нам принесла победа. Мы все ждали этих счастливых минут. Все от радости головы потеряли. Но мы не забудем тех, кто остался на полях великих битв. Пройдет время, люди отстроят города, деревни. Зарубцуются наши раны, но никогда не угаснет лютая ненависть к войне! Мы глубоко чувствуем горе тех, кто сегодня не может встретить своих близких. И мы сделаем все, чтобы будущие невесты никогда не теряли женихов, чтобы матери не дрожали за жизнь своих детей, чтобы мужественные отцы не глотали украдкой слезы. Мы победили и остались жить не во имя разрушений, а во имя созидания новой жизни!
Стены домов не помнят слов, нашёптанных за века влюблёнными, но зато бережно хранят ругательства, начертанные отвергнутыми поклонниками.