Во мне есть орган, важнее даже моего сердца. Его не видно, но я чувствую его с головы до ног, и я знаю, что он существует. Это то, что позволяет мне подниматься и идти вперед. Идти вперед и не дрожать. Если я остановлюсь сейчас, я чувствую, что он сломается... Моя душа сломалась бы. Для меня это гораздо важнее, даже если мое сердце прекратит биться. Даже если я стану стариком, и у меня будет горб, я все равно буду идти вперёд.
Есть две вещи, которых люди боятся: это смерть и трудности. Те, кто пытаются бороться со смертью — идиоты. Но я не буду смеяться над теми, кто пытается преодолеть трудности. Люблю таких идиотов.
Если есть время мечтать о красивой смерти, почему бы вместо этого не прожить красивую жизнь?
Чем тратить остаток жизни на помыслы о красивой смерти, не лучше ль дожить красиво до конца?
— Да вы маму мою не видели. У меня мама молодая, красивая. Она ещё родит. Второго, нормального пацана.
— Ошибаешься. Невозможно пережить ребенка. Твоя мать умрёт вместе с тобой. Сердце умрёт, душа, а тело просто будет существовать. Это страшно.
Но когда-нибудь наступит ужасный час покоя,
Будет тихо как после страшного боя,
Время остановится, и все затихнет сразу,
Кто-то не окончит уже начатую фразу.
Еще одна секунда проникла в никуда,
С чьим-то дыханьем вырвется душа,
Если в твоей жизни с рассветом встанет зло,
То душе твоей ничтожной, считай, не повезло.
Как правило, лучшие онлайн-игроки с наилучшей репутацией в реальности — ни на что не годные бездельники с кучей свободного времени.
Когда они любили друг друга — то жадно и просто, то неспешно и изощренно, — всем существом Фандорина овладевало пронзительное, непередаваемое словами ощущение, что СМЕРТЬ ЕСТЬ. Он всегда, с раннего детства твердо знал, что жизнь тела невозможна без жизни души — этому учила вера, об этом было написано в множестве прекрасных книг. Но теперь, на двадцать третьем году от рождения, под падающей с неба луной, ему вдруг открылось, что верно и обратное: душа без тела тоже жить не станет. Не будет ни воскресения, ни ангелов, ни долгожданной встречи с Богом — будет нечто совсем другое, а, может, и вовсе ничего не будет, потому что души без тела не бывает, как без тьмы не бывает света, как не бывает хлопка одной ладонью.
Но внутри семени сознания сидит зародыш эго. Я никогда не сомневался, что в организме последним умирает эго. Я видел последнюю искру беспомощности в глазах моих мальчиков, когда они осознавали, что уходят в мир иной: как такое могло случиться с ними? А что же такое душа, если не та частица эго, которая не способна поверить, что ее вытолкнуло собственное предательское тело?
Cлайд с цитатой