Разумеется, любой из нас может умереть хоть завтра. Но если думать об этом, жизнь потеряет всякий смысл.
Чтобы считаться замечательной, жизнь не должна быть ни лёгкой, ни беспроблемной. И смысл ей придаёт единственно моя манера её воспринимать.
Разумеется, любой из нас может умереть хоть завтра. Но если думать об этом, жизнь потеряет всякий смысл.
Чтобы считаться замечательной, жизнь не должна быть ни лёгкой, ни беспроблемной. И смысл ей придаёт единственно моя манера её воспринимать.
Жизнь вдруг снова стала казаться мне чертовски увлекательной; что же касается отсутствия в ней какого бы то ни было смысла, я не то чтобы изменил свою позицию по этому вопросу, просто он перестал меня волновать. Пока процесс интересен, вполне можно обойтись без дополнительного смысла. Что и требовалось — не доказать, а почувствовать.
I have lost the will to live
Simply nothing more to give
There is nothing more for me
Need the end to set me free
Жизнь отдельного человека имеет смысл лишь в той степени, насколько она помогает сделать жизни других людей красивее и благороднее. Жизнь священна; это, так сказать, верховная ценность, которой подчинены все прочие ценности.
Стоило жить долгую и мытарную жизнь, чтобы под конец признаться себе: ничего она в ней не поняла. Пока подвигалась к старости она, устремилась куда-то и человеческая жизнь. Пускай теперь ее догоняют другие. Но и они не догонят. Им только чудится, что они поспеют за ней, — нет, и им суждено с тоской и немощью смотреть ей вслед, как смотрит сейчас она.
Когда ведёшь существование по принципу «кое-как продержаться», постепенно перестаёшь понимать, для чего, собственно, живёшь и чего хочешь от жизни.
Кто-то должен в вас верить до конца. Кому-то должно быть до вас хоть какое-то дело. Вы должны представлять для кого-то важность. А иначе жизнь — просто совершение бессмысленных движений.