Олег Рой, Екатерина Неволина. Цирк кошмаров

Другие цитаты по теме

... Жизнь несправедлива и пристрастна, что у нее есть собственные любимчики, баловни, не заслужившие счастья абсолютно ничем, мало того, не понимающие собственного счастья и думающие, что все это – нормальное тело, семья, родители – все это дается им просто так, как само собой разумеющееся, задаром.

Никогда. Никогда нельзя предавать того, кто в тебе нуждается!

Ощущение, будто в груди сверлят огромную дыру, вырезают жизненно важные органы, оставляя глубокие раны, края которых потом долго пульсируют и кровоточат. Естественно, холодным рассудком я понимала: с лёгкими всё в порядке, однако хватала ртом воздух, а голова кружилась, будто отчаянные попытки ни к чему не приводили. Сердце, наверное, тоже билось нормально, но пульса я не ощущала, а руки посинели от холода. Свернувшись калачиком, я обхватила колени руками, казалось, так меня не разорвёт от боли.

Счастлив тот, рядом с кем находятся люди, принимающие его таким, какой он есть.

Все пройдет. И эта боль пройдет тоже, пусть даже вместе с твоей собственной жизнью…

Она сама нарочно растравляет свою рану, чувствуя в этом какую-то потребность, — потребность отчаяния, страданий...

Похоже, все особы женского пола склонны рисковать, не думая о последствиях, и ни во что не ставят мужское мнение.

Не я разбил твое сердце — его разбила ты, и, разбив его, разбила и мое.

Моё сердце разрывается на куски.

Я сумела тебя простить.

Мои ритмы возвращаются вспять.

Я сумела тебя понять.

Моя боль выходит вовне.

Я учусь себя как-то беречь.

Я учусь с собой как-то жить,

Чтобы быть.

Чтобы быть.

Чтобы быть.

Понимаю: мой шрам в душе

Говорит «Научись любить».

Есть раны, которые не заживают никогда. Бывает, ты чувствуешь боль не сразу. Какое-то время ты живешь по инерции — тебе кажется, что ничего не изменилось. И все, что произошло — только сон, летучая греза. Вот сейчас ты проснешься, и все будет, как прежде. Но проходит время, а тягучий кошмар продолжается, и в один прекрасный день ты, наконец, всем сердцем, всем разумом, всем существом своим осознаешь реальность утраты. Ты понимаешь, что никогда, никогда больше не поговоришь с дорогим тебе человеком, не увидишь его на пороге, не коснешься его руки, не заглянешь в глаза. Его больше нет. От этой мысли тебе захочется колотить кулаками о стены, захочется бежать, куда глаза глядят — но ты знаешь: убежать от этого невозможно, ничто не сможет избавить тебя от этой боли. И теперь тебе с этим жить.