— Вот и вторую дочь провожаю. Береги её, князь.
— Мамаша, ради бога, не беспокойтесь. Я весь Тифлис под ноги вашей дочери брошу. Как ковёр, пусть ходит.
— Вот и вторую дочь провожаю. Береги её, князь.
— Мамаша, ради бога, не беспокойтесь. Я весь Тифлис под ноги вашей дочери брошу. Как ковёр, пусть ходит.
— А я вот не беру взяток! Вот так!
— На одно жалованье живёте что ли?
— Вам никто и не даёт! Место у вас такое, недоходное. Вот кабы вам давали, а вы не брали, так тогда и хвастаться можно было.
— Да на рынке все такие цены здоровущие.
— Знаю я, какие на рынке цены. Меня не проведёшь. Цены здоровущие, а поторговаться — гордые мы очень. Барыню из себя корчить любим.
Two hearts that shouldn't
Talk to each other become close
In a town much like a prison cell
Не приписывайте моего выбора своим достоинствам. Я пока ещё их не вижу. Я только ещё хочу полюбить Вас. Поймите, я стою на распутье, поддержи́те меня.
Настёна кинулась в замужество, как в воду, — без лишних раздумий: всё равно придётся выходить, без этого мало кто обходится — чего ж тянуть?
... Мужчина неизменно обещает женщине, которую и понять-то порой не в силах, гораздо больше, чем способен дать.
Политикам все равно не верит ни один здравомыслящий, а их предвыборные обещания произносятся лишь для привлечения внимания масс.